Абдурашид Саидов - хирург по призванию. Человек непростой, некоторые называют его дагестанским оппозиционером. Он не может смотреть спокойно на тяжелую жизнь дагестанского народа, на сегодняшний кризис, кризис доверия к власти в республике, экономический упадок, развал во многих сферах. Он просто хочет спокойной жизни для своих земляков, для россиян - жизни в достатке и без проблем для всех, а не только для избранных.

Абдурашид прекрасно руководит большим коллективом врачей, поликлиникой и успевает следить за всеми событиями, которые происходят в родном Дагестане, в стране, в мире. Любит свой народ и всегда, когда есть возможность, принимает участие в общественных мероприятиях, проводимых дагестанцами в Москве.

0

Абдурашид Курамагомедович, руководитель филиала №6 диагностического центра №5 Департамента здравоохранения города Москвы:
- Нашу поликлинику открыли в 2013 году, и с того самого года я руковожу этим филиалом. До этого я работал обычным хирургом. Первый Московский медицинский институт я окончил в 1979 году, с тех пор живу и работаю в Москве.

- Не было желания вернуться после института в Дагестан?

- Вы знаете, когда я учился в Первом медицинском, да и в первые годы работы хирургом у меня было фантастическое рвение и желание набраться знаний, набраться мастерства, набраться хоть чего-то, что я мог бы, не проронив ни капли, донести до родины. Я хотел работать на Дагестан и дагестанцев. Хотел работать около родителей, на родной земле, рядом с родственниками. Это желание меня мучило несколько лет и после окончания института, где-то еще три-четыре года. Постепенно я стал трезветь.

- А почему вы считаете, что начали трезветь?

- Потому что в ту бытность, в те годы закладывались основы под эту порочную систему здравоохранения в Дагестане. Хотя некоторые говорят, что сегодня плохо, демократия все ухудшила. Постараюсь объяснить. В СССР в 1970-е годы распределение после окончания ДМИ было таким: лучших студентов, выпускников ДМИ, выходцев из Буйнакска, Хунзаха, Тляраты, Цумады, с красными дипломами, окончивших институт успешно, овладевших и выдержавших все испытания за шесть лет учебы, отправляли в Пензу, Тулу, Калугу - куда угодно, только не в Дагестан. Немногие из них возвращались, большинство приживались к новому месту, ибо были профессионалами, или старались продолжить свое развитие в Москве или Питере. Племянники, дети, внуки министров, членов обкома или райкомов партии с троечными, хромыми знаниями, проплаченными дипломами оставались в Дагестане.

Некоторым давали направление в аспирантуру, одного я даже знаю, пересекся с ним в Москве, который получил направление в ординатуру по урологии. Когда академик Лопаткин - был такой, Брежнева в свое время оперировал - задал ему вопрос: «А сколько у человека вообще почек?», вы знаете, он не смог ответить. И этот врач работал на кафедре урологии дагестанского медицинского института. Вот такой мусор остался в Дагестане, и тот мусор получил возможность дальнейшего продвижения. Они работали рядовыми врачами, стали главными врачами, некоторые получили право распоряжаться судьбами молодых специалистов. А совсем бездарных и которых было опасно подпускать к больным, кинули главными врачами в санатории, в дома отдыха.

И вот тогда я понял: работать в Дагестане молодому специалисту опасно, там мне ловить нечего, на родине меня никто ничему не научит. А врач-хирург все время должен учиться. Даже если доктору 60 лет и он скажет «я все уже знаю», он глубоко ошибается, врач должен учиться, и какой бы опытный он ни был, рядом должен быть коллега, которому можно задать вопрос: «А как бы вы сделали в том или ином случае? Как поступить в данной ситуации?»

- Много лет прошло, но и сейчас состояние дагестанской медицины практически не изменилось. Последние годы часто просили дагестанских врачей вернуться в Дагестан. Обещали создать условия для работы.

- Это как раз эхо того времени, в 1970-1980-е Дагестан фильтровал и набирал себе специалистов именно по тому принципу, как я сказал выше, и оттуда все пошло...
Не буду далеко ходить, я буквально пофамильно могу назвать. Вот например: прекрасный хирург, работающий в Москве, о нем многие писали, что у него золотые руки, о том, как он вытаскивает человека чуть ли ни с того света, - Адалов Магомед, доктор медицинских наук. В нынешнее время, во время руководства Абдулатипова, этот врач пытался сделать шаг, чтобы вернуться в Дагестан, но он не пригодился - не нужен Дагестану!

- Но вот же вернулся врач, министр здравоохранения Республики Дагестан Танка Ибрагимов. Вы обсуждали эту тему с ним?

- Он вернулся. И что, он лечит пациентов? Он лечит здравоохранение? В первые месяцы его назначения министром в Дагестане я давал интервью аварской газете «ХIакъикъат», и там мне задали вопрос: «Что нужно сделать министру, чтобы нормализовать здравоохранение в Дагестане?»
Я ответил: методы нужны хирургические. Не потому, что я хирург. Сейчас министром здравоохранения стал Танка Ибрагимов, он стоматолог, он должен стоматологическими щипцами каждый гнилой зуб из этой пасти здравоохранения Дагестана выдернуть с корнями, убрать куда подальше, как минимум без права работы в Дагестане. Я считаю, если врач опозорился, показал себя непрофессионалом, взяточником, не вписался в правила этических норм врачей - в деонтологию (я уж не говорю об уголовщине), - его нужно как гнилой зуб выдернуть с корнями и к черту, за пределы Дагестана. Врачей дагестанцев в России хватит, чтобы обеспечить три четверти территории и населения Дагестана кадрами, то есть эту чистку можно сделать два-три раза. Наши профессионалы в Италии работают, в Турции, в странах Евросоюза работают, не говоря о просторах России!

Читайте также: Тревожное расстройство, диагноз, выходящий на 1-ое место в мегаполисах>>

- Я знаю, что вы очень активный общественник. Вас волнует, что происходит в Дагестане и в мире в целом. Раз уж мы заговорили о политике, мы видим, что сегодня полным ходом некоторые силы противостоят главе республики Рамазану Абдулатипову, мы понимаем, что кто-то это делает целенаправленно (хотя на самом деле тоже есть претензии к руководителю). На ваш взгляд, что нужно менять в Дагестане, чтобы исцелить вообще общество?

- Руководитель современного Дагестана - это доктор у постели тяжелобольного пациента. Прежде всего на месте Рамазана с момента прихода я бы в течение одного-двух месяцев изучил бы обстановку в республике, открыто обратился бы по телевидению к народу, ко всем дагестанцам, сделал бы свой вывод и доложил бы об этом всему Дагестану.

Как я уже отметил, Абдулатипов подобен врачу, и он должен был доложить дагестанцам откровенно, не скрывая ничего, - в каком положении он получил пациента под названием «Дагестан», какое он видит лечение и какой он видит выход. Можно было примерно сказать следующее: «Да, мои действия будут болезненным, кому-то не понравится, кто-то может противостоять, я обращаюсь ко всем честным дагестанцам, кому небезразлична судьба Дагестана, поддержать меня, но я буду действовать очень болезненными методами, кое-кого я упрячу в тюрьму, кое-кого я сниму с работы, что не так болезненно. Мне предстоит чистить Дагестан, а вы должны мне помочь». Далее озвучить свою программу действий, хотя бы в пяти-шести пунктах. Он этого не сделал, но обсудил это в кулуарах - с Гамидовым, с Шихсаидовым, с Магомед-Али Магомедовичем, с Магомедсаламом Магомедалиевичем, с Умахановым. Ведь эти все фамилии крутятся на старом, изношенном и изрядно надоевшем граммофоне 40 лет, пластинка уже наезженная! Сколько можно и что нового они принесли в Дагестан?

Дагестан как был в тяжелом состоянии, так и остался таким до сих пор, врачи, лекари Дагестана делят наследие еще не умершего пациента. К сожалению, я вижу такую картину.

- Расскажите, пожалуйста, о вашей поликлинике?

- Поликлиника рассчитана на 750 посещений в день, здесь имеются все специалисты первого уровня, 10 терапевтических участков, на сегодняшний день мы обслуживаем около 21 тыс. населения города Москвы, к концу года предстоит присоединение новых домов, куда заселится более 16-17 тыс. населения. В последние годы здравоохранение Москвы претерпело глубокие реформы, изменения в организации оказания медицинской помощи населению. Выработаны и внедрены Московские городские стандарты оказания медпомощи, которые четко расписывают маршрутизацию пациентов, сроки проведения тех или иных исследований, консультаций, правила и порядок назначений консультаций специалистов второго или третьего уровня.

0

Наше учреждение имеет все условия и возможности для оказания медицинской помощи для прикрепленного населения в рамках и пределах, установленных Московскими городскими стандартами. Другое дело, что население иногда болезненно реагирует на все виды реформ, изменения правил. Еще Александр Герцен в Х1Х веке говорил о том, что наш народ привык идти проторенной дорогой, боится выйти из колеи. Что это значит в данном случае? К примеру, из тысячи принятых неврологом пациентов реально в неврологической консультации или в специфическом неврологическом лечении нуждались не более 600, а то и меньше. А зачем «грузить» специалиста четырьмя сотнями пациентов, которые могли обойтись без невролога, на уровне терапевта? Это время, это деньги, это кадры.

Сегодня участковый терапевт определяет по строгим и обоснованным показаниям необходимость консультации специалистов второго уровня - эндокринолога, невролога, кардиолога. Также обстоит дело с исследованиями ультразвуковыми, рентгеновскими, особенно КТ и МРТ. «Я хочу у вас провести УЗИ сердца!» - сегодня не годится. Показания к этому исследованию после проведенных более простых анализов, осмотра терапевта и т.д. определит врач. Если вам это показано - врач будет уговаривать вас на это исследование, в том числе подключая к этому членов семьи. Если нет показаний медицинских - хоть каждый день проводите это исследование, но платно!

Не всем пациентам такая постановка нравится. Но этим мы даем возможность нуждающимся в кратчайшие сроки пройти необходимые исследования и получить возможность адекватного лечения. Поэтому в свете произошедших реформ и изменений в здравоохранении сегодня повысились такие требования к врачу, как ответственность и профессионализм. Соответственно, изменились как размер заработной платы, так и критерии оценки работы врача для материального стимулирования.

Кроме организационной части работы учреждений здравоохранения, сломан хребет коррупции и криминализованности при закупках дорогостоящего медоборудования. Лет 10 тому назад здравоохранение Москвы и других регионов РФ получало высокотехнологичное оборудование по цене, раз в 10, а то и в десятки раз превышающей реальную стоимость этого оборудования, теряли огромные суммы на техническое обеспечение медицины. С приходом в руководство департамента здравоохранения новой команды этому положен конец.

Читайте также: Лечить людей, а не больных. Общая задача медицины>>

0

- Вот вы отметили, что население у вас в скором времени увеличится почти вдвое. А вы способны работать со всем населением?

- Я очень надеюсь, что к этому времени нам дадут ставки, специалистов, участковых врачей. Конечно, мы испытываем трудности в нехватке кадров, неважно, из Дагестана ли они или из других регионов.

- Насколько хорошо высококвалифицированные врачи у вас работают и как ваши пациенты отзываются о вашей клинике?

- Пациенты, можно сказать, довольны, без жалоб, но без недовольства тоже не бывает. Ведь всем угодить практически невозможно, особенно в период реформ. Но в любом случае у нас нет таких случаев, чтобы какой-то пациент был запущен, чтобы у какого-то пациента упустили или проглядели серьезное заболевание. Такого у нас нет, пациенты проходят все необходимые исследования и получают адекватное лечение.

- А иногородние, например приезжие дагестанцы, могут обратиться в вашу поликлинику на обследование? И какое у врачей к ним отношение?

- У нас полно больных с фамилиями - Магомедовы, Алиевы, Насрулаевы. Их много, к ним такое же отношение, как и к другим пациентам.

- Они приезжают в вашу поликлинику в связи с тем, что вы здесь работаете?

- Нет-нет! Они зарегистрированы в Москве. Эти пациенты живут тут и прикреплены к нашей поликлинике. Хотя прописаны в Дагестане, но медицинскими услугами пользуются у нас. Пока они прикреплены к данному филиалу, они не смогут получить медицинские услуги ни в одной другой поликлинике, кроме как по экстренным показаниям.
Без регистрации в поликлинике невозможно проводить обследования, Прикрепление по страховому полису это как посадочный билет в самолет или в любой другой транспорт. Это раньше можно было независимо от места жительства обследоваться и лечиться там, где оказался. Сейчас такого нет, для обследования нужно регистрироваться в поликлинике, и только после этого мы имеем право обследовать. Люди должны это понимать.

- Все обследования будут оплачиваться государством?

- Если человек прикреплен к лечебному учреждению, поликлинике, то он может без проблем по предварительной записи зайти в любой кабинет, получить бесплатное обследование, а если же этого нет (прикрепления), то нужно будет заплатить. Я всем говорю: если будете исследоваться у нас - зарегистрируйтесь, и все.
Была одна пациентка из Дагестана с тяжелым заболеванием суставов, она не могла получить инвалидность в республике - по ее словам, там все это делают за деньги, причем за довольно большие для простого жителя.

Женщина пришла ко мне со своей проблемой. Я сразу посоветовал написать заявление, прикрепиться к нашей поликлинике, месяца два ее обследовали, все проверили, подготовили документы на прохождение медико-социальной экспертизы, отправили документы на МСЭК, тут пришел ее племянник и говорит: «Мне тетя сказала, что отправили документы на инвалидность, сколько туда нам нужно денег отнести?» Я говорю: «Вы в Москве живете! Вы никому и ничего не должны, идите домой и ждите вызова!» Через несколько недель она пришла и говорит: «Ой, мне третью группу установили, а нельзя было вторую дать?» Я говорю, что это не я определяю, а комиссия. В Дагестане привыкли здоровые люди за деньги инвалидность покупать. И больных в этот грешный бизнес потянули, что надо платить. Вот и думают, что везде так!

- Абдурашид Курамагомедович, а с какими болезнями больше всего обращаются к вам?

- Какую бы область мы ни взяли, так или иначе эту болезнь всегда можно связать с нервной системой, а вот среди иногородних часто обнаруживаем туберкулезников. А туберкулез и в месяц один пациент - это часто.

Вы знаете, нервы, стрессы - чаще всего пусковые моменты начала многих заболеваний. Если человек должен каждый день высыпать содержимое кошелька и делить все («это на батон хлеба, это на молоко, это на два дня, это на три дня, это до зарплаты, это до пенсии»), и, не дай бог, у него появляются непредвиденные расходы, даже очень маленькие, - у человека учащается пульс, повышается давление, нарушается сон, и он думает, где же ему взять эти 50 или 100 рублей, которые должен отдать, будь это штраф или что-либо другое. В этом положении в нашей стране живут по крайней мере большинство пенсионеров, немалая часть россиян. И это есть плохо.

- Вот вы говорите, что у нас большая часть людей болеет именно неврологическими болезнями. Что вы посоветуете, как беречь себя и как не болеть?

- Прежде всего я посоветую меньше слушать новости, где первым планом у нас идут убийства, кровь, грабежи и так далее, затем курс доллара не в нашу пользу (а цены, даже на тамбовский картофель, напрямую почему-то связаны с курсом доллара или евро). Нужно больше общаться с природой, нежели друг с другом, общение с природой снимает многие негативные факторы нервной системы: рыбалка, прогулка по лесу за грибами, посидеть у реки. Очень жаль, что в Москве не такие говорливые реки, как, к примеру, в Дагестане, там можно сидеть у реки часами, потому что музыка, симфония этой реки - это и есть лечение.

- А вы сами как часто выходите на природу?

- Я стараюсь каждые выходные выезжать Подмосковье, там у меня есть земля, шесть соток, я копаю землю, сажаю, поливаю, ухаживаю. В моем огороде и в саду растут клубника, малина, смородина, яблоки, зелень, в общем, все свое, экологически чистое.

0

- Как часто к вам приезжают гости?

- К сожалению, не так часто, как бы хотелось, я всегда рад гостям, за последние три года большую часть моего времени занимает работа. Очень люблю принимать участие в общественных мероприятиях, но идти туда из-за нехватки времени становится для меня очень проблемным, я очень переживаю, поэтому компенсирую это общением через интернет.

- Абдурашид Магомедович, вы сказали, что на днях ожидается отпуск, как вы его проведете?

- Впервые за многие годы я решил не ехать в Дагестан. Последние три-четыре года я ездил в Дагестан, чтобы провести там не менее трех недель, но на десятый-одиннадцатый день садился в машину и приезжал обратно в Москву. Это связано с тем, что там тяжело сейчас жить, не говоря уже о том, что там тяжело ездить, в особенности москвичам, привыкшим к правилам дорожного движения, нормальной езде: в Махачкале езда только экстремальная, особенно в городе, и на трассах тоже.

Атмосфера там какая-то ненормальная, вечно слышишь разговоры о преследовании, религиозные дискуссии - будто сегодня это самое главное для республики! Даже погода не зависит от этих проповедей или дискуссий, а тут в XXI веке в массовом порядке люди занимают свои умы какими-то религиозными догмами, переводя это на общественный уровень. Нетерпимость к иному мнению в республике усиливается, о бытовых проблемах - с обеспечением водой, электричеством, газом - и говорить нечего.

Читайте также: Врач: мы обрекли себя на венозную нехватку, научившись ходить прямо >>

За столько лет в Москве я не сталкивался здесь с этими проблемами, а в Дагестане только и слышишь о каких-то проблемах, о «нужных» контактах с «важными» людьми, которые помогают решать какие-то бытовые или правовые проблемы - часто в обход законов и правил. Это мне непонятный язык, потому что в Москве за столько лет мне не приходилось обращаться ни в одну инстанцию. Я мечтаю о том, чтобы в Дагестане все это было налажено до автоматизма, хотя о каком автоматизме мы можем говорить, когда через мусор перешагивают на остановках и везде?.. Как видим, город завален мусором, в такую жару мусорная проблема, санитарная проблема на улицах городов может привести к тяжелым инфекционным заболеваниям.

Следующая проблема - сбор налогов, взять, например, рынки в Махачкале или в Хасавюрте. Автозаправочные станции по всему Дагестану: по документам они продают 1 тонну бензина, а на самом деле реализуют 100 тонн. Вот почему у нас дороги, здравоохранение, лекарственное обеспечение плохое - не собирают налоги! При этом, к нашему стыду, мы дотационная республика. Это позор. Честнее и менее позорно было бы называть не республику дотационной, а руководителя со всей его командой - дотационной командой. Я писал об этих проблемах в открытом письме Рамазану Абдулатипову. По каналу РГВК я вижу красивые графики улучшения собираемости налогов, повышения благосостояния дагестанцев, улучшения здравоохранения. Видя эти графики, я уже начинаю сомневаться в своих оценках. Или в какой-то степени это результат моего обращения? (Смеется.)

Дорогой, вот это бы сделать, вот это бы сделать, вот это бы сделать... Писать можно много, но над теми, кто искренне желает помочь, показать, что нужно сделать, громко смеются, дескать, мы сами разберемся, куда ты лезешь, да еще и, не дай бог, начинают подозревать: если пишет, значит чего-то хочет...)

На самом деле многие хотят, дали должность всей командой - сказал: распускаемся, мы не будем выдвигаться. Вот партия «Народ против коррупции», за ним «Родина»: лидеры получили работу, а эта остальная масса может вернуться к себе по домам. К сожалению, это так.)

Читайте также: Обезболенный вопрос>>

Я всегда говорю: общество, государство - это живой организм. Чтобы понять болезнь, у человека берут 5 кубиков крови, в этих 5 кубиках, точно в такой же пропорции, как в организме человека, лейкоциты, тромбоциты, эритроциты, моноциты, все основные части из организма человека.

Выборы в Госдуму - это и есть анализ общества, ни один пациент, даже самый глупый, не догадывается говорить в лаборатории: мне, пожалуйста, чуть поменьше лейкоцитов сделайте, а то еще лечение мне назначат, давайте скорректируем эти цифры, не надо мне много лейкоцитов... Если мы уменьшаем большое количество лейкоцитов, это грозит пациенту ударом, если мы искусственно уменьшаем в Госдуме определенный сектор мышления россиян как пятую колону, этот сектор даст о себе знать на улицах и на площадях. На мой взгляд, лучше даже ваххабиты, даже самые радикальные у нас салафиты, чтоб один, два - сколько дадут за них голосов? - чтоб они были в парламенте, пусть в парламенте друг другу морду бьют, но не призывают к чему-то, пусть с трибун парламента говорят что хотят, а не где-то в окопах и в лесах...

- Через Дагестан в ГД баллотируются немалое количество не дагестанцев. Как вы на это смотрите? Вы считаете, это нормально?

- Для нормального в плане общественно-политического, морально-этического, нравственного склада общества это ненормально. Но дефицит того, чего не хватает в обществе, - другого пути нет, кроме как импортировать. У нас если и хватает, значит молчат. Максим Шевченко - да, он сильный журналист, сильный, образованный, осведомленный в вопросах истории, социологии, но в нем мне не нравится изменчивость. Я видел и слышал интервью, которое он давал в начале украинского конфликта по теме Крыма, он говорил: «Я надеюсь и уверен, что территориальная целостность Украины сохранится», через месяц он приветствовал нарушение территориальной целостности Украины, и таких моментов много. Но, с другой стороны, требовать от всех, чтоб у всех все четыре угла были равны, тоже слишком завышенное требование.

Я смотрю на политиков или новых людей так: если шесть основных, немаловажных пунктов соответствуют моим взглядом, то я присматриваюсь к ним. Меня не интересует, как он относится к гомосексуалистам, как он относится к проблеме Северного Ледовитого океана, это меня меньше всего волнует, для этого есть другие специалисты, на это есть люди, у которых должна болеть голова. Меня интересует свобода слова в обществе, меня интересует социалка, чтобы люди получили нормальную, комфортную жизнь, соответствующую современным требованиям, ведь жизнь сегодня некомфортна. Сегодняшнее время навязывает нам...

Кое-что мы сами хотим приобрести для нормальной жизни, взять, к примеру, интернет - вроде навязывают нам его, а без него сейчас жить непросто. Точно так же автомобиль был роскошью в наши годы, профессора и то не могли его иметь, сейчас уже это необходимость - как без автомобиля? Поэтому я мечтаю, чтобы эти новые политики в этой части были бы более внимательными, более настырными и требовательными.

0

- Какие ваши пожелания нашим дагестанцам?

- Как врач я могу пожелать крепкого дагестанского здоровья, беречь себя! Ни в одном из регионов России не бьются на дорогах так, как в Дагестане. Что ни день - страшные аварии. И ведь не дорога виновата, не климатические условия - виновата культура, виноват внутренний дух дагестанца: не уступлю, ах, он обогнал меня, я сейчас его обгоню. Никто не думает о семье, о матери, о детях, каждый думает: это ж я за рулем, со мной ничего не будет, я же аварец, я же дагестанец... И гибнут как мухи. Ведь это обидно. Берегите себя, я хочу, чтобы дагестанцы были осторожны, особенно на дорогах, потому что эти дороги уносят больше жизней, чем теракты и прочее насилие.

Патимат Расулова "РДВ"