Это произошло благодаря тому, что Коммунистической партией был взят курс на всеобщую грамотность, и с 20-х годов прошлого века даже в самые отдаленные, в самые недоступные горные аулы приезжали русские учителя. В 1925 г. в Дагестане преподавало около 30 учителей. После Великой Отечественной войны в дагестанские школы направляли по 400–500 русских учителей ежегодно. В 70-е годы количество преподавателей, приезжавших на работу к нам, доходило до 1 500 в год.

Тысячи и тысячи молодых девушек из разных регионов Советского Союза выдерживали совершенно невероятные для них условия, втягивались в непривычную обстановку и несли свет знаний горским детям. Кто попадал сюда по распределению, кто по зову души, но очень немногие из них возвращались обратно после положенных трех лет работы. Многие выходили замуж за местных джигитов и связывали свои судьбы с Дагестаном навсегда.

            Наш общий долг – вспомнить всех поименно и рассказать об их подвиге. Это нужно знать в первую очередь нам самим, современным дагестанцам, отцы и деды которых благодаря русским учителям получили образование, стали частью огромной страны – Советского Союза, нашли свое призвание и выбрали свой жизненный путь. И нам нужно знать это именно сегодня, когда определенные силы пытаются вернуть Дагестан обратно в средневековое невежество и дикость, когда в республике вновь воцаряется культ силы, когда культура, образование и наука отходят на второй, если не третий, план.

 

Русские учительницы в районе, 1960-й.
            

   Жизнь в горных аулах глазами русских учителей     

            Учительница Дейбукской школы Любовь Ивановна Земскова, попавшая по распределению вместе с несколькими однокурсницами в Дагестан в 50-е годы, рассказывала: «Когда приехали в Махачкалу, я спросила, какой самый высокогорный район? Мне ответили: Дахадаевский. И я попросилась туда. Нас поселили в интернат и предупредили, чтобы мы подпирали двери двумя кроватями, мол, ночью могут напасть. А мы, дурочки, не поняли шутки. Вечерами все собирались в одну комнату и подпирали кроватями дверь. Так и спали.

Местные дети плохо знали русский, но они настолько были заинтересованы в учебе, что учили все наизусть. Сейчас таких детей нет. Я проработала в школе 55 лет. Это такая специальность: втянешься – трудно оторваться. Выйдешь в отпуск, думаешь: когда он закончится? Хочется поскорей увидеть своих учеников, узнать, как они провели лето.

Спустя много лет, когда я вижу своих выпускников, ставших учителями, врачами, инженерами, понимаю, что все мои усилия не пропали даром – я смогла подготовить достойную смену. Имея поверхностное представление о Дагестане, я не думала, что этот народ настолько духовно богат. Несмотря на бедность, люди были добры, щедры и великодушны. Я думаю, что могу по праву называть Дагестан своей второй родиной».

            Литвиненко Нина Гордеевна, окончив в 1950 году педагогическое училище в Старом Осколе, была направлена на работу в Дагестан. В министерстве образования Дагестана Нину встретили дружелюбно и направили в Дахадаевский район, село Зубанчи. Ей впервые в жизни пришлось ехать на арбе, в которую были впряжены волы.

Молодой директор школы Хизри Османов повел уставшую с дороги Нину к одной из сельчанок на постой. Было очень жарко, хозяйка постелила Нине постель на крыше сакли, и Нина заснула мертвецким сном. Утром, проснувшись, она увидела вокруг себя пожилых мужчин в овечьих тулупах и в огромных папахах, которые, окружив ее постель, молча смотрели на Нину. Она укрылась одеялом с головой и лежала, свернувшись калачиком, пока не услышала громкий голос. Женщина кричала что-то на мужчин на непонятном ей языке. Старики быстро спустились с крыши и разошлись по домам.

Придя в школу, Нина увидела старую низенькую саклю. Войдя в класс, первое, что она там увидела – это большие парты, а над ними макушки голов детей. И оттого, что парты были высокие, казалось, что комната низкая. Нина стояла в растерянности. Она не знала, с чего начать свой первый урок, ведь дети не знали русского языка: «Господи, как же я буду учить детей? Ведь я не знаю даргинского языка, а дети не знают русского языка. Что же я буду делать?» Но как будто бы свыше кто-то ее наставлял. Она посмотрела на стол, показала его детям и сказала: «Стол». Дети повторили. Потом она показала на доску и сказала: «Доска». Дети повторили за ней: «Доска!» И все, на что она показывала и называла, дети за ней повторяли. Так началось обучение детей. Придя домой, она готовилась к следующему уроку. Писала слова на русском языке, а учителя, которые знали даргинский язык, переводили ей. Шаг за шагом шло взаимное обучение.

Через десятилетия она не уставала восхищаться красотой горного края Дагестана, узкими тропами в горах, по которым ей пришлось ходить на работу из села в село. «Если бы меня сейчас послали идти по тем тропам в школу, я бы ни за что не рискнула этого делать. А в те годы, в годы моей молодости, мы, как козочки, по ним бегали. И нам совершенно не было страшно», – рассказывала Нина Гордеевна. И, конечно, с любовью она вспоминала людей, с которыми ее свела судьба в Дагестане.

Нина Гордеевна в свое время посадила фруктовые деревья в школьном дворе. Много лет в период созревания фруктов дети и учителя вспоминали добрым словом русскую учительницу.

Уркарахская средняя школа, 1957 г.

Клавдия Ивановна Хромова попала в село Журмачи Дахадаевского района. Не зная даргинского языка, обычаев, среди незнакомых людей в суровых условиях горного края она начала свою трудовую деятельность. Это был мужественный поступок хрупкой молодой русской девушки. Сельчане старались создать для молодой учительницы хорошие условия: устроили в уютном доме, купили харбукскую печь, достали утюг, керосиновую лампу со стеклом, кровать, что было редкостью в то время в селах.

В школе стояла печь – буржуйка, вокруг которой во время перерыва грелись дети. Часто к ним присоединялась и Клавдия Ивановна. Ее ученик, Раджаб Магомедов, рассказывал: «Мне казалось, что не печь-буржуйка, а наша учительница согревала нас. В одном из писем, адресованном мне, она так вспоминает то время: «На завтрак, Раджаб, вы приносили с собой куски черного чурека, и то не все, и кусочек овечьего сыра – лакомство. Собирались около железной печки-буржуйки, угощали меня, приговаривая: «Учительница Клава, возьми чурек» – и отламывали по маленькому кусочку. Милый Раджаб, я не могу забыть и никогда не забуду этого до самой смерти!»

В первые дни первого в моей жизни учебного года она приходила в школу с толстым русско-даргинским словарем. Доброе, красивое лицо молодой учительницы, ее улыбка и доброжелательность сразу захватывали наше внимание. Клавдия Ивановна старалась говорить просто. Часто использовала даргинские слова, порою произносила их не так, как мы, но никто из нас не смеялся над этим. Видели, знали, как трудно учительнице. Вскоре мы стали понимать друг друга, за короткое время полюбили русский язык, научились читать и писать по-русски.

У нас в селе и в школе не было библиотеки. Как только мы усвоили грамоту, Клавдия Ивановна стала приносить свои книги. Из них мы узнали и о Пушкине, и о Толстом, и о баснописце Крылове. Клавдия Ивановна много рассказывала о России, Украине, о великом Советском Союзе. Так от нее мы, сельские ребятишки, узнали о великих людях, прославивших свою Родину, о подвигах наших бойцов и командиров в Великой Отечественной войне.

Часто Клавдия Ивановна получала посылки от своих родителей и всегда угощала нас конфетами, печеньем. А мы угощали свою учительницу вареными яйцами, сыром, орехами, а по праздникам – сладкой халвой. Она обнимала нас, прижимала к своей груди как самых близких людей. Можно ли забыть такое? До сих пор чувствую душевную теплоту любимой учительницы. Могли ли мы не готовиться к ее урокам?! Или обидеть ее своим неблаговидным поступком или словом?! Никогда!

Памятник в Уркарахе

Память и памятники

В 2006 году в Махачкале, на берегу озера Ак-Гель, открыт первый в России мемориальный комплекс, посвященный представителям русской интеллигенции и рабочего класса в Дагестане. Мы привыкли к названию «памятник Русской учительнице». Памятник представляет собой 10-метровую бронзовую скульптуру, изображающую скромную молодую женщину на постаменте, которая в правой руке держит глобус, а в левой – открытую книгу. Совсем молодая русская девушка пришла к незнакомому народу, чтобы отдать свои знания, научить его, как жить лучше, интересней, полноценней. Этот памятник стал одним из символов столицы Дагестана. Он символизирует роль русской интеллигенции в образовательном становлении дагестанского народа, знак высокой оценки помощи, оказанной многонациональной Республике Дагестан.

Авторы, архитекторы О. М. Омаров, Т. П. Капутина, А. О. Алимова, Л. Б. Омарова, создали комплексное сооружение в виде двухъярусной площадки, над которой возвышается конструкция в виде пирамиды, в центре которой стоит собственно памятник Русской учительнице. К подножию памятника ведут ступени, вокруг которых устроены фонтаны. Под площадкой – цилиндрической формы помещение, где работает Музей истории города Махачкалы.

В 2010 году в селении Уркарах Дахадаевского был открыт второй в Дагестане памятник русской интеллигенции. Работа скульптора Далгата Далгатова представляет собой поднятую вверх руку учительницы с книгой и руку ученика, тянущегося к знаниям. Расположен он в Парке культуры районного центра Уркараха, возведен из красивого мрамора и показывает уважение жителей этого района к тем людям, которые приезжали распространять знания в горный край. В открытии памятника приняли участие русские учительницы, обучавшие дахадаевских детей в суровые 40–50-е годы: Нина Тимофеевна Ламонова, с. Меусиша; Валентина Николаевна Вершинина, с. Урари; Антонина Григорьевна Ибрагимова, с. Уркарах; Любовь Ивановна Азизова, с. Новый Уркарах; Валентина Евгеньевна Халимбекова, с. Уркарах; Валерия Александровна Алисултанова, г. Махачкала; Доминика Павловна Лапина, Махачкала; Тамара Степановна Мирзаева, с. Уркарах; Римма Васильевна Касумбекова, с. Чишили; Вера Федоровна Алиева и Нина Ивановна Волкова, обе – Махачкала.

На открытии памятника в Уркарахе

Еще одним памятником Русской учительнице станет книга – энциклопедия «Русские учителя в Дагестане», работа над которой идет больше пяти лет. На сегодня собрана информация о более чем 500 учителях, работавших в разные годы в Дагестане. Приведены воспоминания самих учителей, их учеников. В работе над книгой помогают сотрудники управлений образования городов и районов, школьные работники и благодарные ученики, чьи судьбы изменили самоотверженные русские девушки – Учителя.

Цель книги – сохранить в памяти народа образ учительницы, с чьим именем связаны самые дорогие, теплые и радостные воспоминания, ибо она отдавала частицу своего сердца, щедрость души, открывая детям мир знаний, учила их жить и трудиться, утверждать человеческое достоинство. Эта книга будет издаваться, дополняться и переиздаваться снова, потому что нам присылают все новые и новые истории и рассказы об учителях. Мы будем рады и вашим воспоминаниям о тех, кто предопределил характеры, судьбы и жизнь учеников. Это наш общий долг – долг памяти.          

Патимат Геличова, Саид Ниналалов